Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
15:48 

Сказки

Amadey Nemez
-Все люди, как люди, а я - Бог(с) -Я такой разный. И все-таки я вместе!(с)
Название: Белоснежка и семь г(н)омов.
Фендом: … кроссовер, этим все сказано)
Авторы: Hilarise, Amadey Nemez
Рейтинг: нет, только намеки… зато, какие!
Пейринг: да кто-угодно с кем-угодно!
Цикл: Сказки
Отказ от прав: все принадлежит тому, кому принадлежит
Благодарности: выражаем огромную благодарность авторам фанфика «Золушка» за идею театральной постановки с участием анимешных героев

Сказка 1.

Предупреждение: данный текст содержит сцены насилия, порнографию и ненормативную лексику. Не рекомендуется к прочтению детям, гомофобам и лицам с неустойчивой психикой.
Действующие лица:
Рассказчик – любой адекватный человек неанимешного происхождения.
Белоснежка – Тсудзуки Асато (“Yami no Matsuei”)
Принц - Юки Эйри (“Gravitation”)
Злая королева – Росиэль-сама (“Angel Sanctuary”)
Волшебное зеркало – Катан(“Angel Sanctuary”)
Мама Белоснежки – Агацума Соби (“Loveless”)
Папа Белоснежка – Мибу Ория(“Yami no Matsuei”)
Егерь – Алукард (“Hellsing”)
Гномы:
Татсуми Сейширо(“Yami no Matsuei”)
Шиндо Шуичи(“Gravitation”)
Ватари Ютака(“Yami no Matsuei”)
Аояги Рицка(“Loveless”)
Куросаки Хисока (“Yami no Matsuei”)
Икари Синдзи † (“Evangelion”)
Сорьо Аска Лэнгли(“Evangelion”)
Посторонние на сцене – Мураки Кадзутака(“Yami no Matsuei”)
Акт первый.

Действие первое.

Рассказчик. Давным-давно, в одной далеко галактике, жил-был король…

Занавес открывается, посреди сцены на троне, наспех сооруженном из табуретки, сидит Мибу Ория в кимоно и бумажной короне, меланхолично курит трубку.

Рассказчик. И была у него жена редкой красоты…

На сцену, ссутулившись, выходит злой-презлой Агацума Соби в платье для беременных а-ля «ночная рубашка» и привязанной к животу подушкой, причем поверх платья. Встает позади трона, некоторое время косится на трубку Ории, не выдерживает, достает сигареты.

Ория. (отстраненно). Не положено курить при беременности.

Соби смотрит на свою подушку и на всякий случай под нее.

Соби. А что ему, мутанту, сделается?
Ория. Резонно…
Рассказчик. Однажды зимой, когда король уехал на войну…

Ория с энтузиазмом достает катану и отчаливает за кулисы. Слышатся крики.

Рассказчик. Королева, которой подходило время родить, (косой взгляд Соби в надежде, что сцену родов не покажут) сидела у окна и вышивала… Агацума-сан, используйте пяльцы по назначению!

Соби, тем временем пытавшийся соорудить из ярко-желтых пластмассовых пялец нимб, виновато кладет их себе на колени, накрывает тканью, которую так и не сумел заправить, и начинает имитировать бурную деятельность, забыв про иголку.

Рассказчик. Вдруг королева уколола иголкой палец… Кхм, палец не там!

Соби подскакивает, обнаружив, что игла была забыта на стуле, кидает на Рассказчика испепеляющий взгляд.

Соби. (потирая мягкое место) Какая разница, откуда кровь!
Рассказчик. Ну - ну… Как знаете. (продолжает сказку) Капля крови упала на снег…

Соби загружается, прикидывая, как бы организовать эту самую каплю, не снимая штанов. Рассказчик злорадно хихикает, однако Агацума не теряется, храбро достает баночку малиновой гуаши и выливает ее на бутафорский снег. Снег был по количеству рассчитан на капельку, поэтому образуется кровавая лужа, в которой грустно размокают остатки совсем уже не белой ваты.

Соби. (в интонации «Подавитесь») Вот бы у меня родилась дочка – не дай Бог – белая, как этот снег (снисходительно смотрит на меланхолично дрейфующую в луже вату), с губами, алыми, как кровь, с волосами, черными, как оконная рама. (косится на белый стеклопакет, играющий раму)
Рассказчик. Через некоторое время королева родила прелестную дочку…

Соби демонстративно снимает подушку, сворачивает в рулон, начинает качать.

Рассказчик. И вскоре умерла.

Агацума, задумавшись, продолжает качать.

Рассказчик. Отбой, умерла королева!
Соби. Аа…

Соби сует подушку под мышку и быстро сматывается за кулисы, пока не передумали. С противоположной стороны слышится вопль Аояги Рицки: « Сообии, домооой!»

Действие второе.


Рассказчик. Король горевал – горевал, да и женился вновь. Жена его была…(заглядывает в сценарий, видит исправления) кхм… самым прекрасным на небесах? Но самолюбивой и гордой. И было у нее волшебное зеркало…

Появляется Росиэль с Катаном на поводке, демонстративно усаживается на трон, Катан устраивается напротив со страдальческим выражением лица.

Росиэль. (нараспев) Свет мой, зеркальце, скажи, да всю правду доложи... (лицо Катана изображает приступ тошноты) Я ль на свете всех милее, всех румяней и белее?
Катан. Вы прекрасны, спору нет, обойди весь белый свет, (с нарастающей мстительностью) только Мудо всех милее, всех румяней и белее!
Росиэль. (со слезами в голосе) Что?!!
Катан. Да шучу я! Вы, Вы, Вы всех милее, румяней, белее, только снимите наручники и отдайте одежду!
Росиэль. (пинает Катана) Что за незапланированные речи от зеркала?! Тебе вообще не положено думать!
Рассказчик. Ээ… Росиэль-сама, нельзя ли зеркало как-нибудь поприличнее…? Нас все-таки дети смотрят!
Росиэль. (отмахивается в сторону Катана) С ним разбирайтесь!

Ведущий достает круглое зеркало и протягивает Катану.

Рассказчик. Катан, прикройся хоть!
Катан. А держать как прикажете? Зубами? Или еще чем?

Катан разворачивается спиной и демонстрирует наручники.
Рассказчик после секундного замешательства вытаскивает оставшийся после Соби бинт и приматывает им зеркало к самому интересному месту.

Катан. Так не видно же ничего в него!
Рассказчик. (косится на Росиэля, который, развалившись с ногами на троне, напевает: «Солнце встало из-за туч, нет на солнце пятен! До чего же я хорош, до чего приятен!») А ему и не надо!

Катан пытается что-то сказать, но вдруг хрипит от удушья и уныло тащится в направлении Росиэля, который с невиннейшей улыбкой наматывает поводок на запястье.

Рассказчик. (с сочувствием посмотрев вслед Катану) Так, что-то мы отвлеклись… Вот так и проводила королева свои дни, общаясь с зеркалом, а падчерица ее между тем все росла и росла…

Действие третье.


На сцене появляется Ория с окровавленной катаной на плече. Росиэль, пискнув, сваливается с трона и испуганно прячется за свое «зеркало». Однако Ория настроен благодушно и, усевшись на трон, жестом приглашает Росиэля к себе на колени. Тот охотно соглашается. Катан, повинуясь поводку, устраивается у их ног.
Появляется Белоснежка – Тсудзуки Асато – в своем обычном костюме, только с синим диснеевским бантиком на голове. Изображая маленькую девочку, передвигается он вприпрыжку, ведя перед собой мячик.
Немая сцена. Шинигами, топоча ботинками сорок пятого размера, нарезает круги возле трона, изо всех сил колотя по мячу.

Росиэль. (следя глазами за Асато) Какая-то она не белая…
Тсудзуки. (не останавливаясь) Загорел… ла я! Да и снег у вас был так себе!

Вдруг Ория резко взмахивает мечом и в полете разрубает мячик пополам. Белоснежка останавливается.

Ория. (спокойно) Дочь моя, вчера в шкафу было два пирожных, а сегодня только одно… Как ты можешь это объяснить?
Тсудзуки. (смущаясь) Было темно, и я не заметил второе…
Ория. (задумчиво) А пирожные были для доктора Мураки…
Тсудзуки. (злорадствуя) Есть!
Ория. (все так же задумчиво) И в одном из них был скальпель…

Тсудзуки давится и хватается за горло.

Ория. Наверное, во втором.
Тсудзуки. (бледнея) Я в туалет! (убегает)

Из-за кулис слышится грохот, вопль: «Пошел отсюда, извращенец! Это женский туалет!» и испуганные извинения шинигами.
Все провожают Тсудзуки взглядами. Вдруг звонит телефон – мелодия Лолиты «Я обиделась».
Ория берет трубку.

Ория. Кадзу? Здравствуй! Да. Да? Опять кого-то убил? Кого на этот раз? Менеджера по подбору актеров? Оригинально. За что? Не дали роль прекрасного принца? А почему не режиссера? Надеешься? Ясно. Ну, тогда бы продюсера… Резонно. Без него все разбегутся. Труп? Без проблем. Сейчас буду. (уходит, скинув Росиэля).
Росиэль. (обиженно глядя вслед) Вот повезло ему с женой! А он не ценит… Да, Катан?
Занавес.

Акт второй.

Действие первое.


Рассказчик. Тем временем Белоснежка совсем выросла. Жила она весело и беззаботно, не зная о нависшей над ней скрытой угрозе…

Занавес поднимается, на сцене обстановка изысканного женского будуара. Росиэль красуется перед Катаном.

Росиэль. Катан, ну, Катан, скажи это еще раз!
Катан. (уныло) Вы на свете всех…

Его обрывает звонок телефона.

Катан. (кивает на свою одежду) Росиэль-сама, достаньте, пожалуйста, мобильный, он в левом кармане!

Росиэль подносит к уху Катана трубку.

Катан. Да. Изменения? Не самый?! А кто тогда? А, понятно. Сейчас все будет.

Росиэль забирает телефон и выжидающе смотрит на Катана.

Катан. Вы прекрасны, спору нет, обойди весь белый свет, но Т… Тс…(запинается) Росиэль-сама, покажите еще раз мобильник, там написано! (читает) Но Тсу-дзу-ки всех милее, всех румяней и белее!
Росиэль. (в истерике) Что ты сказал?! Рискни повторить!
Катан. (машинально) Но Тсу-дзу-ки всех ми…

Росиэль тыкает плеткой Катану под подбородок.

Росиэль. Ты уверен?
Катан. (с опаской косясь на плетку) Ваши волосы сияют, словно горный хрусталь, кожа подобна чистому первому снегу, губы нежны, как лепестки роз…
Росиэль. (убирает плетку и гладит Катана по голов (к)е) Вот, так-то лучше! А с Белоснежкой я еще поквитаюсь!

Действие второе.


Рассказчик. И решила злая королева… Разрубить, накромсать, перемешать и выкинуть? Что за рецепт приготовления салата?
Голос Росиэля. (из-за кулис) Просто истребить мне показалось неинтересным!
Рассказчик. И кто только подпустил его к сценарию?... Итак, королева вызвала егеря, чтобы… Наказать конкурента? Так, Росиэль-сама, оставьте свое творчество при себе, здесь уже все продумано!

Из-за кулис доносится презрительное фырканье.
На сцену гордой походкой выходит Росиэль в максимально открытом наряде и кучей побрякушек в волосах. За ним, ведомый на поводке, семенит Катан, жадно разглядывая все это великолепие.

Росиэль. Егеря мне!

Входит Алукард.

Росиэль. А! Это ты проиграл мне на прошлой неделе в карты!
Алукард. (уныло) Служу своему хозяину.
Росиэль. (с интересом, отбрасывая поводок) Мм, скажи, мой слуга, я красивый?
Алукард. (косится поверх красных очков на ласкающегося к нему Росиэля) Ну, красивый.
Росиэль. (обиженно) Нет! Ты неправильно мной восхищаешься. Катан!
Катан. (достает диктофон, включает незаметно для Росиэля) Ваши волосы сияют, словно горный хрусталь, кожа подобна чистому первому снегу, губы нежны, как лепестки роз…

Росиэль оборачивается к Катану, тот поспешно прячет между ног свою технику и начинает открывать рот, пытаясь попасть в свои же слова.

Росиэль. Вот так надо! Молодец, Катанчик, иди сюда!

Катан с видом преданного пса подбегает к Росиэлю, тот берет его за поводок, целует в щеку и устраивается у него на коленях.

Росиэль. Так вот. Нужно устранить соперника. Заведи эту Белоснежку в лес и…(Росиэль щелкает пальцами, пытаясь придумать что-нибудь изощренное, при этом подпрыгивая на коленях у Катана) А что такого, собственно, он мне сделал? Просто загрызи.
Алукард. Будет сделано. (Катану, шепотом) Дашь потом переписать.

Занавес.

Действие третье.


На сцене, обставленной под «темный лес», идет Тсудзуки, опять вприпрыжку, размахивая корзинкой и напевая. За ним следует мрачнющий Алукард с затычками в ушах.

Тсудзуки. (пытается петь) " Если ты еще не знаешь, то узнаешь прямо здесь: бесплатные звонки и смс – бонус от МТС!"
Алукард. (себе под нос) Застрелите меня.

Наконец, они приходят к месту, где ввиду ограниченности бюджета просто стоит транспарант «Ну совсем уже темный лес».

Тсудзуки. (хлопая глазками) Ой, куда это мы зашли? Егерь, мы сможем выбраться из этой чащи?
Алукард. (злорадно) Ты – нет.
Тсудзуки. (в панике) Не губи меня, я так молод!
Алукард. Охотно верю. (надвигается)

Тсудзуки пытается вызвать свою огненную канарейку, но связь перебил МТС, и ничего не выходит.

Тсудзуки. А я… А хочешь, я тебе шоколадку дам? (скрепя сердце, достает батончик)
Алукард. Я похож на любителя шоколадок?

Асато понимает ошибку, его глаза бегают по сторонам в поисках защиты. Но вдруг лицо озаряется открытием эйнштейновского масштаба.

Тсудзуки. (в интонации шпиона) А хочешь, я устрою тебе бой с действительно достойным противником, с которым ты будешь драться долго и качественно, но в конце он тебе обязательно проиграет?
Алукард. (заинтересовано) А точно проиграет?
Тсудзуки. (подмигивает) Я договорюсь!
Алукард. Согласен. Только в замок не возвращайся, а то нас Роси… ээ… злая королева со свету сживет. (уходит)
Тсудзуки. (бормочет) Интересно, Ория клюнет на шоколадку, или целоваться придется? Что у нас дальше?
Рассказчик. Гномский домик ищи, дура…к!
Тсудзуки. Да! Гномы… Где у нас могут быть гномы? (идет, сшибает декорацию) Ой, извиняюсь! (пытается поправить, сшибает соседние) Ой! (постепенно скрывается за кулисами)

Слышится стук в дверь, вопль: «Нет здесь никаких гномов, извращенец! Это женский туалет!», звук удара, и Тсудзуки, махая руками и ногами, вылетает на середину сцены.
Появляется Хисока, с безграничным терпением берет распластавшегося шинигами за шиворот и, не говоря ни слова, устало волочет к приметной декорации, на которой написано с ошибкой: « Домик гномов».

Занавес.

Акт третий.

Действие первое.


На сцене обстановка домика гномов. Учитывая специфику гномов, в одном углу стоит письменный стол с идеально расставленными папочками, в другом – такой же стол, только с компьютером, завалом бумаг и дисков, а также фотографией Юки Эйри в рамке сердечком. Рядом, отгороженная взрывоустойчивым герметичным колпаком располагается мини-лаборатория с горами всевозможных колбочек и пробирок. Посредине диван с кучей игрушек, в углу – деревянная клетка, у окна одинокий табурет. У стены стоит стерильно заправленная койка с фотографией Икари в траурной рамке, возле которой трясется странный шкаф, явно возомнивший себя холодильником.
На сцене появляется Тсудзуки.

Рассказчик. Гномы, стройся! Вот пришла Белоснежка в домик добрых гномов, и они приняли ее… За умеренную плату? Чья лепта? Нутром чую, Росиэль здесь ни при чем!
Татсуми. (потупив взгляд) Экономия…
Рассказчик. Ладно. Так, стоп! У меня галлюцинации, или правда недочет?
Татсуми. (докладывает) Экономия!
Рассказчик. А по-нормальному? Перекличка! Татсуми Сейширо?
Татсуми. Я!
Рассказчик. Шиндо Шуичи?
Шуичи. Я!
Рассказчик. Ватари Ютака?
Ватари. Я!
Рассказчик. Аояги Рицка?
Рицка. Я!
Рассказчик. Куросаки Хисока?
Хисока. (уныло) Ну я…
Рассказчик. Икари Синдзи?

Все гномы траурно опускают головы. За кулисами какой-то умник включает на мобильнике похоронный марш.

Рассказчик. Сорьо Аска Лэнгли?

Изрядно помятые гномы, опасливо оглядываясь, сбиваются в кучку.

Рассказчик. А теперь докладывайте, что случилось!
Татсуми. Произошла небольшая потасовка. Икари Синдзи в больнице, Аска Лэнгли в шкафу.
Рассказчик. Причина недоразумения?
Шуичи. (виновато) Мы сказали ей, что у гномов – девочек должна быть борода.
Аска. (из шкафа; вопит) Нет у меня никакой бороды, урод!

Гномы синхронно потирают правую щеку.

Татсуми. Синдзи героически принял большую часть удара на себя.

Похоронная мелодия, дубль второй.

Тсудзуки. (подскочив к Рассказчику) А почему у гномов крылышки?
Рассказчик. А действительно? Что с костюмами?

Гномы косятся на Ватари.

Ватари. (пожимая плечами) Я поздно о них вспомнил… В общем, гномы закончились, пришлось брать вот это.
Рассказчик. (меняя тему) Так, а где вы поместите Белоснежку?
Гномы. (почти хором) Это его, что ли?
Тсудзуки. (потихоньку бесясь) Меня.
Гномы. Какой-то ты не белый!
Тсудзуки. (в ярости) Я загорелый!
Татсуми. (отчитывается) Места у нас немного… Выбирай! Либо кровать Икари, (Тсудзуки суеверно отстраняется) либо к Аске в шкаф, (Тсудзуки в ужасе) либо в клетку – мы там Шуичи держим, если разбалуется, ну и Хисоку, когда чересчур задепрессует.

Тсудзуки поочередно оглядывает варианты и тыкает пальцем в кровать.

Рассказчик. И осталась Белоснежка жить у шести гномов…
Аска. (из шкафа; вопит) Я не гном!
Рассказчик. …У пяти гномов. Она убиралась и помогала по хозяйству, (ненавидящий взгляд Тсудзуки) а гномы любили ее, как родную сестру. (еще пять ненавидящих взглядов)
.
Занавес.

Действие второе.

Дом гномов. По сцене гуляет Тсудзуки в кружевном фартучке и футболке с надписью: «Я Белоснежка, болела просто». В лаборатории у Ватари что-то взрывается, Шуичи в костюме собачки гоняется за Рицкой, Татсуми расставляет по цвету папочки, Хисока грустит у окна. Словом, идиллия.
Асато вылавливает Шуичи, чуть не сбившего его с ног.

Тсудзуки. Что-то я не пойму… Ты все время переодеваешься. Ты банан, батарейка или собачка?
Шуичи. (злобно) Я багаж! (присматривается к шинигами) Ой, слушай, а ты симпатичный… На Юки чем-то похож…(глаза начинают блестеть) Пойдем, я покажу тебе свое стихотворение!

Из-за кулис слышится вежливый кашель. Шуичи робко оборачивается. За занавесом стоит Юки Эйри с похоронным выражением лица. Шуичи шумно сглатывает и отодвигается от Тсудзуки.
Рицка, лишившись товарища по играм, начинает изображать кота и ласкаться к Тсудзуки. Тот умильно чешет его за ушком.
Снова вежливое покашливание. Соби из-за кулис манит Рицку пальцем. Тот, предчувствуя разборки, уходит.
Тсудзуки грустно садится на край сцены, попутно снеся какую-то декорацию. К нему подсаживается Татсуми.

Татсуми. (кладет руки Асато на плечи) Какой-то ты грустный! Хочешь пирожное?

Тут на Татсуми пикирует сова Ватари по кличке 003 и начинает усиленно портить ему прическу. Тот, поняв намек, убирает руки с плеч Асато и ретируется, делая вид, что занят.
Тсудзуки совсем сникает, но тут к нему, косясь на стол Татсуми, бочком придвигается Ватари.

Ватари. Не поучаствуешь в опыте? (берет его за руку) Кровь у тебя возьмем, (кладет ладонь Тсудзуки на колено) ноги проверим…

Слышится звук разбитого стекла. На заднем плане стоит Татсуми с колбой в руках. У его ног уже дымятся осколки.

Ватари. (в ужасе) Ты что творишь?!
Татсуми. Ой, какой я неловкий! (демонстративно роняет колбу)

Ватари мигом забывает про Тсудзуки и мчится спасать свое химическое наследие.
Тсудзуки, вздохнув от безысходности, присаживается на окно, закрыв депрессующему Хисоке пейзаж.

Тсудзуки. Грустно?
Хисока. Скучно. (Кладет голову к Тсудзуки на колени)

Вдруг из-за кулис, вращаясь, как томагавк, вылетает скальпель и вонзается в сиденье табуретки аккурат между ногами Хисоки.

Мураки. (из-за кулис) Промазал…

Хисока, боязливо косясь на скальпель, ретируется в клетку.

Тсудзуки. (обиженно) Никто со мной не разговаривает! (уходит)

Все гномы тут же сбегаются к Татсуми за стол.

Татсуми. Итак, господа гномы, положение бедственное. Белоснежка убирается только в холодильнике, зато подчистую. Мы не ели уже три дня. Надо что-то предпринимать. Какие предложения?
Шуичи. Съесть Белоснежку!
Рицка. Запереть холодильник!
Ватари. Полить еду ядом!
Хисока. (уныло) Сдать!
Татсуми. Хисока уловил суть! Давайте напишем анонимку, пусть Роси…ээ…злая королева забирает свой подарочек и делает с ним, что хочет. Кто «за»?

Единогласно.

Татсуми. Отлично! Шуичи, печатай!

Занавес.

Действие третье.


Будуар королевы, окончательно убранный под вкус Росиэля – плетки, ошейники, наручники…

Рассказчик. А в это время злая королева вновь и вновь любовалась собой в зеркале.
Росиэль. Свет мой зеркальце, Катанчик, скажи это еще разок!
Катан. Росиэль-сама, можно, я хотя бы поем?

Росиэль достает печеньку, крутит ей у Катана под носом.

Росиэль. Свет мой зеркальце…
Катан. Я похож на попугая?
Росиэль. (подлюче) Да!

Катан уныло откусывает печенье.

Катан. (жуя) Бы ба сведе бсех…

Вдруг на сцену выходит Алукард, молча сует Катану телеграмму, уходит.

Росиэль. Что пишут?
Катан. (подавившись) Кошмар! Читаю с сохранением авторской пунктуации: «Злой каралеве. Есле вас исчо интирисует вапрос кто на свете всех мелее, то мы щитаем сваим догом саабщить, что Тсудзуки асато ака Билоснежка жив и находится по адрису ну савсем уже темный лес домик гомов кравать у акна если нинайдеца то у халадильника. Потпись ононим.» Далее постскриптум от руки: «Забирите ево, а то нам есть нечиво!»

Росиэль. (постепенно краснея от злости) То-то я смотрю, у Алукарда глаза голодные! Ну все, Катан, собирайся! Идем воевать!

Занавес.

Действие четвертое.


Рассказчик. И решила злая королева погубить Белоснежку сама…
Росиэль. Если хочешь, чтоб все было сделано правильно, сделай это сам! Да, Катан?
Катан. Конечно, Росиэль-сама.

Росиэль тащит Катана за поводок по сцене. Они приближаются к домику гномов.

Росиэль. О! Вот он! Пошли, Катан!
Катан. А может, Вы оставите меня здесь?
Росиэль. (обиженно) Что?! Ты хочешь меня бросить одного?!
Катан. (поспешно успокаивает) Нет – нет, что Вы! Просто так Вы вызовете меньше подозрений.
Росиэль. (задумавшись) Да? Тогда ладно. (привязывает Катана к сосне) Только никуда не уходи!
Катан. (обреченно) Куда уж.
Рассказчик. Чтобы Белоснежка ее не узнала, злая королева изменила внешность.

Росиэль пожимает плечами, убирает волосы и надевает шлем.

Рассказчик. Королева взяла отравленные яблоки и, прикинувшись торговкой, отправилась травить Белоснежку.

Росиэль озирается в поисках корзины с яблоками. Не найдя ее, он достает маленькую капсулу и стучит в дверь. Открывает Тсудзуки, жующий яблоки.

Росиэль. (не очень успешно прикидываясь добреньким) Наша фирма предлагает Вам универсальное средство для похудения!
Тсудзуки. (откусывая яблоко) Не надо. Я и так худой.
Росиэль. (демонстрирует капсулу) Эта таблетка заменяет целых три пирожных!
Тсудзуки. (глаза загораются) Ой, тогда я беру!
Росиэль. (злорадствуя) Приятного аппетита!

Тсудзуки глотает таблетку… И ничего не происходит.

Тсудзуки. (в сторону) Как-то этот коммивояжер на Росиэля смахивает… Хотя… Без Катана? Нее.

Тсудзуки неудачно облокачивается на декорацию, та падает, едва не задев Росиэля, который в последний момент отскакивает, вскрикнув от неожиданности.
Через секунду появляется Катан с сосной.

Катан. (встревожено) Росиэль-сама, что случилось?
Тсудзуки. (возмущенно) Ах так! Меня травят, а я еще платить должен!

Вдруг из-за его спины, извиваясь, лезут разноцветные провода.

Тсудзуки. Ой! Что это?

Росиэль довольно потирает руки.

Рассказчик. Съела Белоснежка… кхм, яблоко и упала без чувств.

Тсудзуки, поначалу отбивавшийся от проводов, принимается соединять их между собой и, хихикая, устраивать замыкания.

Рассказчик. (с нажимом) И упала!

Сзади к Тсудзуки подкрадывается Шуичи и бьет его гитарой по голове. Тот падает.

Шуичи. (пожимая плечами) Сценарий.

Акт четвертый.

Действие единственное.


На сцене стоит горизонтальный солярий, в нем, грызя яблоко, валяется Тсудзуки. Вокруг стоят «печальные» гномы, изо всех сил пытающиеся не ржать.

Рассказчик. Злая королева отравила Белоснежку. Но даже мертвая, она была красива, словно спящая. (с недоверием косится на чавкающую принцессу) Гномы положили ее в стеклянный гроб и дежурили возле него по очереди. Так было до тех пор, пока сын одного короля…

На сцену высовывается Ория.

Ория. Кто сказал «король»?
Рассказчик. Расслабься, это не тебя.
Ория. Аа… (уходит)
Рассказчик. Сын одного короля, самый прекрасный…

На сцену высовывается Росиэль.

Росиэль. Кто сказал «самый прекрасный»?
Рассказчик. Отбой, Росиэль-сама, это не про Вас.
Росиэль. (с возмущением) Как не про меня?!
Рассказчик. (смотрит в сценарий) Написано: «Самый прекрасный принц», а Вы королева…
Росиэль. (с нотками истерики) Ладно. Ла-а-дно! Я останусь и посмотрю, кто тут самый прекрасный! Катан, ко мне! (привязывает его к солярию, встает рядом, скрестив руки на груди)
Рассказчик. Пока прекрасный принц не оказался в этом лесу и не набрел случайно на поляну с неподвижно спящей принцессой… Неподвижно спящей, Белоснежка, алло! (захлопывает крышку солярия, тут же открывает)
Тсудзуки. (потирая макушку) Больно…
Рассказчик. Хватит жрать! Изображай спящую и жди принца!
Тсудзуки. Сейчас, доем.

Росиэль, утомившись ждать принца, отбирает яблоко и сует его Катану. Тот с жадностью набрасывается, ибо толком не кормлен с начала спектакля.
Тсудзуки, не растерявшись, достает следующее.

Ватари. (заглядывая) Да у него тут корзина…
Рицка. Может, его связать? Бинтами, например.
Хисока. Ага, и будет мумия Белоснежки!
Рассказчик. (устало) Вяжите. Он иначе не угомонится.

Вопящего Тсудзуки связывают: обматывают бинтами на уровне талии, примотав руки к бокам, чтоб были по швам.

Шуичи. (с надеждой) А может, и рот завяжем?
Татсуми. А как тогда его Юки целовать будет?
Шуичи. (угрюмо) Хотелось бы, чтобы никак!
Рассказчик. Отставить рот! Этого достаточно. По местам все!

Гномы кладут Асато в солярий, сами становятся в шеренгу позади.

Тсудзуки. (с закрытыми глазами, успокаивает себя) Это не страшно, это просто Юки Эйри, мы договорились, он рукой закроется, и мы на самом деле целоваться не будем…
Рассказчик. Белоснежка, молчать! Принц, Ваш выход!

На сцене появляется Мураки. Шуичи, побледнев, несется за кулисы выяснять, что случилось с Юки.
Мураки, потирая руки в предвкушении, приближается к Тсудзуки, который изо всех сил изображает мертвого и потому доктора не видит.
Хисока, повинуясь условному рефлексу, пытается закричать и предотвратить «теракт», но народ, которому хочется праздника, затыкает его на полузвуке.
Мураки целует Белоснежку очень нецеломудренным поцелуем. Асато некоторое время по инерции лежит спокойно, потом понимает, что что-то не так, открывает глаза и, увидев доктора, начинает мычать и выворачиваться, насколько позволяют бинты. Наконец ему удается кое-как оттолкнуть Мураки.

Тсудзуки. Аааааааааааааааа!
Все. (хором) Хахахахахахахаха!

На сцену пулей вылетает Шуичи с каким-то черным шнурком в руках.

Шуичи. (дергает Мураки за рукав)Доктор, доктор, а чем Вы Юки связали? Он такой смирный, сказал, что, если развяжу, что угодно для меня сделает…(приглядывается) Ой, а Вы так на него похожи! Вам только волосы покрасить и одеть в черное, и будете такой красивый!
Росиэль. (ядовито) Да не поможет!
Шуичи. (переводит на него взгляд, глаза загораются) Ой, а Вы тут самый – самый красивый!
Росиэль. (польщенно) Правда? Хороший мальчик! Я научу тебя вить из них веревки! (кивает на Катана)
Рассказчик. Так, прекратить базар! Принц поцеловал Белоснежку и развеял злые чары. А в скором времени они поженились.
Мураки. (взяв Асато за галстук) Все, теперь ты мой!
Росиэль. Стоять! Это моя кукла! (дергает шинигами в другую сторону)
Мураки. (спокойно) Нет, моя.
Росиэль. (сварливо) Думаешь, ты тут самый умный?
Мураки. (снисходительно) Самый красивый точно! (Катан пилит наручники)

Росиэль, взвыв, кидается на доктора с кулаками. По сцене катается вопящий бело-сиреневый клубок.

Катан. (пытается сорваться с цепи) Росиэль-сама! (грызет наручники)
Росиэль. (из клубка) Сам справлюсь!

Тсудзуки прыгает к Катану, пытаясь не потерять равновесие.

Катан. Умоляю, развяжи!
Тсудзуки. Чем?! (демонстрирует собственные руки вдоль туловища)

Мураки оказывается сверху и прижимает Росиэля к полу.

Мураки. (заинтересованно) Беру свои слова обратно! Ты ничего. Даже очень.
Росиэль. (присматриваясь) Да и ты в моем вкусе… На Катана похож…

Доктор целует Росиэля.
Челюсти отвисают у всех, включая Рассказчика и сову 003.
Мураки и Росиэль поднимаются и уходят в обнимку за кулисы, о чем-то щебеча.
Немая сцена. Все некоторое время пребывают в ступоре. Катан в обмороке.

Рассказчик. (придя в себя) Так, сказка закончилась, во всяком случае, та ее часть, которую можно смотреть детям. Все на поклон! (заглядывает за кулисы) Хватит там обниматься!

На сцену выходит раскрасневшийся Росиэль и Мураки в расстегнутой рубашке.
Росиэль, понимая, что доктор ему всю жизнь дифирамбы петь не будет, первым делом бежит к Катану. Тот гордо отворачивается.

Росиэль. (умоляюще) Катан, ну, не будь таким сердитым! Ка-та-а-ан! Ну, хочешь, я наручники сниму!

Катан демонстрирует отгрызенный наручник. Росиэль лихорадочно думает.
Тем временем Мураки подкатывает к Тсудзуки.

Мураки. Ну что, жена? (хватает пытающегося упрыгать Асато и целует в щеку, несмотря на вопли и сопротивление)
Росиэль. (поднимает вверх указательный палец) О, точно! (хватает Катана и тоже целует)

Катан тает.
Между тем на сцене появляются остальные персонажи. Хисока выкатывает перевязанного Синдзи в инвалидной коляске, Шуичи выводит Юки, у которого шея и запястья покрыты алыми полосами, а разрезанная на горизонтальные сегменты рубашка держится только на боковых швах. Эйри боязливо отодвигается от Мураки. Появляется Ория, держа на плече чью-то отрубленную руку, спохватывается, выкидывает конечность за кулисы, достает вместо нее катану. Следом выходит Алукард с окровавленными губами.

Алукард. Ну что, завтра в десять?
Ория. Ага, только чур без пистолетов!

Последним выходит Соби с подушкой.

Рицка. (кидаясь к нему) Бросил бы ты ее!
Соби. (угрюмо) Не могу. Я к ней привязался. (демонстрирует руку, привязанную бинтом к подушке в попытке организовать бантик)
Рассказчик. Все в сборе?
Аска. (из шкафа; голос заживо похороненного человека) Выпустите меня отсюда!

Абсолютно все присутствующие машинально хватаются за щеку.

Хисока. Может, выпустим?
Аска. (из шкафа) Выпустите, всех поубиваю!
Татсуми. Вот и ответ.

Все кланяются. Хеппи енд.

Занавес.

Эпилог.


На сцене сидит Катан, одетый как на свидание. Из-за кулис, нетвердо держась на ногах, вываливается румяный Росиэль с букетом алых роз и картами вместо погонов на плечах.

Росиэль. Эх, Кадзу, что же ты со мной делаешь! (утыкается носом в цветы и с трудом фокусируется на Катане) О, Катаан! Ты скажи-ка мне, трюмо… (тыкает в него пальцем, попадая по носу) Хотя нет. Я сам знаю!

Катан провожает взглядом Росиэля, зигзагами покидающего сцену.

Катан. Алло, Тсудзуки? Я свободен. Где встретимся?

Занавес.

Конец.


@темы: ooc-челлендж по кроссоверам, Стёб, Фанфики, Яой

Комментарии
2010-11-17 в 23:05 

Sunflower~
улыбки раздаются бесплатно!)
Шедевр!))))))))) спасибо автору! *кланяется*

2010-11-18 в 14:08 

Amadey Nemez
-Все люди, как люди, а я - Бог(с) -Я такой разный. И все-таки я вместе!(с)
вам спасибо!)) авторы довольны) скоро зальем продолжение)

2010-11-18 в 17:09 

Sunflower~
улыбки раздаются бесплатно!)
буду ждать!)))

   

OOC фанфики

главная